Единство. Солидарность. Справедливость.

«Прямая линия» с Ульяной Михайловой и Андреем Хришкевичем. Часть II: «Острые» вопросы от оппонентов или повторение — мать ученья

20.05.2020

18 мая 2020 года в пресс-центре Дома профсоюзов состоялась очередная «прямая линия» с председателем Псковского облсовпрофа Ульяной Михайловой и ее заместителем Андреем Хришкевичем. Профсоюзные лидеры обсудили, как наш регион выходит из режима самоизоляции и какие последствия повлек этот режим для работников. А затем — ситуацию, складывающуюся внутри Псковского облсовпрофа накануне отчетно-выборной конференции. Обсуждению поспособствовало то, что оппоненты действующего руководства постарались задать действующим руководителям облсовпрофа максимум вопросов, на которые они уже неоднократно отвечали. Но повторение — мать ученья, причем для всех. Представляем вашему вниманию вторую часть текстовой версии состоявшейся беседы.

О зарплате кондукторов и водителей, рискующих своим здоровьем

Андрей Хришкевич: Кроме медиков, которые находятся на переднем крае борьбы с коронавирусом, другие работники в той или иной мере также вынуждены сталкиваться в своей работе с угрозами распространения инфекции. Например, в областной администрации уже целых пять сотрудников заболели. А какие меры поддержки действуют в отношении работников транспортных предприятий, которые также вынуждены работать в условиях контакта с большим количеством людей, среди которых, возможно, есть заболевшие?

Ульяна Михайлова: Здесь есть информация, которую мы обрабатываем, опираясь на сведения, предоставляемые профсоюзным активом. И мы четко понимаем, что по факту транспортные предприятия отнесены к пострадавшим отраслям, потому что выполнять перевозки в той плотности и в тех объемах, которые изначально были предусмотрены и государственными контрактами, и условиями найма транспорта на обслуживание тех или иных маршрутов, невозможно по объяснимым объективным причинам. Несколько недель назад мы делали обращение о вопросах оплаты труда водителей и кондукторов ГП ПО «Псковпассажиравтотранс» и определить их тоже в группу риска, предусмотрев для них повышенную оплату, так как по трудовому законодательству условия, в которых они сейчас работают, являются отклоняющимися от нормальных. Тут я сразу хочу обратить внимание профактива на такой момент: есть лица, отправленные в простой, и можно спорить о справедливости их низкой зарплаты, но они точно не подвергаются работодателем рискам. А есть такая категория работников (например, полиция, осуществляющая действия по контролю за передвижением транспортных средств на территории региона, или те же кондукторы и водители), которая контактирует с большим количеством людей. Вот тут мы уже после 30 апреля выразили некоторое несогласие с объемами заработной платы, посмотрев расчетные листочки некоторых сотрудников «Псковпассажиравтотранса», которые получили в виде аванса 1000 или 1500 рублей. И исходили мы из того, что буквально недавно получили от органов исполнительной власти официальную информацию о средней заработной плате кондукторов предприятия в объеме 20000-25000 рублей. Понятно, что при условии полностью отработанного времени первая часть зарплаты (так называемый аванс) не должна быть ниже 50% заработной платы за месяц. То есть никак не могу сотрудник получить в аванс тысячу или полторы тысячи рублей. Но по завершенному периоду, а именно с 15 мая мы стали получать расчетные листки кондукторов и водителей, в которых в среднем заработная плата была начислена в объеме примерно минимального размера оплаты труда. При этом мы видим, что сотрудники, которые ушли на простой и получили минимальный размер оплаты труда (но не подвергались риску), оказались в более выгодных условиях. Потому что водители, полностью отработавшие месяц. Получили 13-15 тысяч рублей, а кондукторы, также имевшие долгие неудобные перерывы во время рабочего дня, получили около минимального размера оплаты труда. Нам известно, что 18 мая группа кондукторов была на приеме у своего руководителя и задавали вопрос — как же так вышло, что работая в условиях риска, они получили оплату в два раза ниже, чем при работе в обычных условиях? Им было предложено эту ситуацию представить руководителю в письменном виде (и я вообще не вижу смысла в этом действии — как будто он не обладает этой информацией из расчетных листочков), только после этого там готовы приступить к осмыслению — что же такое произошло, почему в условиях повышенного риска люди получили зарплату меньшую, чем при работе в обычных условиях. Мы искренне рассчитываем, особенно с учетом того, что наш губернатор достаточно остро реагирует на разную социальную несправедливость, что реакция будет. И работники получат заработную плату в привычных объемах плюс повышенную выплату за работу в особых условиях. Напомню, что когда было соттветствующее обращение от другого транспортного предприятия «Псковавтотранс», реакция была быстрая и положительная — необходимые денежные средства на выплату заработной платы были направлены и претензии данного трудового коллектива были удовлетворены в считанные дни.

О «коронавирусных» фейках

Андрей Хришкевич: Да, такой вот выход из ограничительных мероприятий у нас пока получается в бюджетной и внебюджетной сфере. Предлагаю перейти к следующему блоку нашего разговора, по поводу которого в ходе одной из предыдущих прямых линий зрителям было предложено покупать попкорн. Через три недели должна состояться отчетно-выборная конференция псковского областного совета профессиональных союзов. И вот на эту тему есть ряд вопросов.

Ульяна Михайлова: Напомню зрителям, что ты тоже кандидат на должность председателя, предлагаю разделить эти вопросы со мной.

Андрей Хришкевич: Да, но у меня чего-то не спрашивают. Итак, вопрос первый: «Сколько заболело «ковидом» в областном профсоюзе и чем планируете заниматься после своей отставки?»

Ульяна Михайлова: Ну, отставки у меня не будет в любом случае: 8 июня у меня завершится полный пятилетний период деятельности в должности председателя Псковского областного совета профсоюзов , а далее будет либо трудовой договор на следующие пять лет, либо не будет. Этот период времени был сопряжен и с положительными, и с отрицательными сюжетами внутри и снаружи нашей организации. Что касается заразившихся коронавирусной инфекции, то в Псковском областном совете профсоюзов по стоянию на сего их нет. Но от этого сейчас никто не застрахован, тем более, что число заболевших растет, а в условиях, когда большинство предприятий сейчас открываются, риски увеличиваются. При этом сегодня, когда мы в порядке эксперимента обзванивали лаборатории с вопросом — где можно пройти массовое тестирование на коронавирус, нам назвали только условную цену, которая будет в будущем — это 2 тысячи рублей за одно обследование. Не знаю. Насколько в принципе хозяйствующим субъектам (не только нам) будет возможно производить такие расходы и оперативно получать результаты. По случаю, который был озвучен в анонимном телеграм-канале, проявляющим большое внимание к деятельности облсовпрофа и ко мне в частности, могу сказать следующее: действительно в Псковском облсовпрофе один сотрудник вынужден был сдать анализ на коронавирус и уйти на самоизоляцию. Действие на сегодня обычное, выполнено было вовремя, как только самому сотруднику стало известно о факте его контакта с короновирусным больным (19 мая стало известно, что тест дал отрицательный результат). Печалит, что распространяется откровенно лживая информация — о том, что, якобы, в облсовпрофе не соблюдаются меры безопасности, что сотрудник работал без маски, без средств обработки. Это абсолютно недостоверная информация. И у нас уже ведь был подобный сюжет, связанный с санаторием «Хилово». Сегодня мы получили ответ Роспотребнадзора, что после всех проведенных этим ведомством проверок и запросов никаких сведений о «контактном» отдыхающем в санатории «Хилово» нет. И в здании Псковского облсовпрофа соблюдаются все меры безопасности: личный прием не ведется, профсоюзные активисты сюда практически не приходят, все дезинфицирующие мероприятия выполняются, работает минимум сотрудников при минимуме рабочих часов, никаких командировок и разъездов в организации также не осуществляется. Роспотребнадзор нам рекомендовал усилить меры безопасности и мы их усилили.

Где подушка безопасности?

Андрей Хришкевич: Следующий вопрос: «Почему за время вашего руководства профсоюзами не накоплена подушка безопасности, которая позволила бы держаться на плаву в кризисной ситуации, такой как сейчас?»

Ульяна Михайлова: Напомню, что все решения в организации мы принимаем коллегиально. Когда мне мой оппонент Иванов Игорь Олегович задает вопрос — почему «подушка» не накоплена, я ему отвечаю и готова ответить сейчас: мы же совместно на президиумах и советах утверждали финансовые результаты, сметы облсовпрофа и наших учреждений. И никому в голову не приходило, что может возникнуть ситуация хуже, чем в 90-е. И ставить мне сегодня в вину отсутствие собранных в кубышку многомиллионных средств — это, по крайней мере, глупо. Санаторно-курортная деятельность относится к низко рентабельным, и упрекать в том, что мы на ней не смогли миллионы скопить — это детство. Такое могут заявлять люди, которые просто не понимают, что такое правовые и экономические процессы.

Выводы о том, что необходимо иметь резервы на несколько месяцев вперед, мы сделали. Но санаторий «Хилово», например, имеет такую подушку. Они уже 2 месяца живут за ее счет и у них есть шанс удержаться на плаву без особых потерь. Всем нашим учреждениям тоже придется пересмотреть подходы к финансам и после преодоления кризиса предусматривать сметами доходов и расходов консолидирование быстро реализуемых активов. В свое время, лет 5 или 7 назад, Псковский облсовпроф имел такую подушку безопасности в форме акций Сбербанка. Возможно, имеет смысл вернуться к таким методам управления финансами. Конкретно Псковский облсовпроф может выплачивать в этих условиях зарплату, у нас есть быстро реализуемые активы в виде движимого имущества, которое сейчас не востребовано и в ближайшее время не будет востребовано, в виде некоторых транспортных средств организации. Поэтому я считаю, что с точки зрения устойчивости у нас весьма неплохая ситуация. Возможно ли было предвидеть коронавирус и полную остановку всех наших учреждений? Я отвечу однозначно — невозможно. Можно ли мне это сейчас ставить в вину? Определенно нет. И наша управленческая команда в отличие от моего оппонента, кандидата на должность председателя, который, кстати, уже несколько месяцев не ходит на работу — то больничный, то другие уважительные причины — стоит на первой линии борьбы с кризисом и своими руками разгребает угли. И в этой части я очень довольна тем, как мои союзники и мои партнеры выдерживают не только внешнее давление, но и решают вопросы, связанные с сохранением трудовых коллективов и удержанием материальных активов.

Андрей Хришкевич: Следующий вопрос: «На какие цели сейчас тратятся средства. Получаемые от сдачи в аренду профсоюзного имущества. Если зарплата не выплачивается?»

Ульяна Михайлова: Псковский областной совет профсоюзов зарплату выплачивает. Относительно аренды имущества: вы же слышали все указы, в том числе рекомендации и заявления нашего губернатора из серии, что надо предоставлять арендаторам льготы. Поэтому в Псковском облсовпрофе вот такой высоты пачка обращений арендаторов о прекращении о прекращении арендной платы и с просьбами либо отменить ее полностью на период каких-то каникул, либо установить 50-процентную скидку по аренде с последующим распределением частей этой платы на следующий период. При этом не пойти на эти льготы нельзя, поскольку Псковский областной совет профсоюзов тоже социально ориентированная некоммерческая организация. И мы сейчас также претендует на меры государственной поддержки, в том числе на льготы по налогам на имущество. А чтобы эти льготы получить, надо предоставить льготы нашим арендаторам, по-другому нельзя. Поэтому миллионов здесь нет, уважаемые коллеги. Доходная часть от аренды существенно снижается. И кто бы ни руководил совпрофом поступления по аренде будут снижаться, и такой низкий уровень продержится до конца года.

Традиционный «премиальный» вопрос

Андрей Хришкевич: Следующий вопрос: «В отношении вас возбуждено уголовное дело. Правда ли что ваш супруг получал премию в размере 7 миллионов рублей?»

Ульяна Михайлова: Мой супруг не получал премии в размере 7 миллионов рублей. Начну с того, что в хорошие периоды экономической деятельности, когда загрузки учреждений осуществлялись в полном объеме, в Псковском облсовпрофе существовала система стимулирования руководителей: если доходы учреждения растут по сравнению с предыдущим периодом, есть премия, нет доходов — нет премий. Сейчас, кстати, мой супруг работает за 40 тысяч рублей и долго еще будет работать, поскольку вся стимулирующая часть привязана к восстановлению доходов санатория. Здесь хочу расшить еще один вопрос, который поднимается моим оппонентом в порядке претензий, что, якобы, премии директоров убили нашу профсоюзную систему, не дали возможность накопить денежные средства в виде «подушки безопасности». Ответственно заявляю. Что это неправда. Потому что по всем сметам наших учреждений и Псковского областного совета профессиональных союзов на заработную плату учреждений со всеми премиями и выплатами имеет право тратить не более 40 процентов доходов или поступлений от деятельности, приносящей доход. Соответственно, премии всех наших директоров, и Михайлова Александра Иосифовича в частности, входят в этот объем. И ни в коем случае эти суммы не могли быть направлены на какие-то иные цели. Причем, учитывая, что собственник в лице обкомов профсоюзов и Псковского облсовпрофа не финансирует учреждения напрямую, а принимает решения об оставлении на прямую деятельность прибыли этих учреждений, то система стимулирования деятельности директоров направлена на то, чтобы они стремились к увеличению доходов наших учреждений. Это ни в коем случае не противоречит общей концепции стимулирования санаторно-курортного бизнеса на территории РФ — как в профсоюзной системе, так и вне ее применяется одна и та же система: если руководители выполняют общие требования о доходах и расходах, работают в безубыточном режиме, то они имеют право на премиальную часть до 14 заработков (у нас, кстати, таких заработков не было). У Александра Иосифовича был год, когда он получил большую премию, выполняя все показатели поквартально, но он на этот результат работал с 2011года, выведя учреждение из банкротства, после чего «Хилово» помогало всем нашим учреждениям. Поэтому говорить о единовременной подобной премии нельзя, такого не было. А вот получение такой заработной платы за год — было, и этот факт связан с ростом доходности, с выполнением всех показателей сметы доходов и расходов. Сегодня директора получают минимальную заработную плату, без премий, потому что финансовые условия не позволяют эту премию начислять. По нашему прогнозу, если команда сработает хорошо, ближайшая премия у них возникнет в следующем году. А пока придется, стиснув зубы, начинать сначала, с, по сути, нулевых показателей деятельности наших учреждений. И еще раз, встав плечом к плечу, выравнивать деятельность наших учреждений, выводя их из тяжелого финансового состояния.

Андрей Хришкевич: Самый свежий вопрос — именно о тяжелом финансовом состояниинаших учреждений: «Санаторий «Черёха», зарплаты нет с марта, как жить?»

Ульяна Михайлова: Вместе со мной бороться за меры государственной поддержки. На той недели трудовые коллективы наших учреждений подписали коллективные обращения в органы исполнительной власти. 15 мая мы получили положительный ответ соответствующего комитета о том, что мы относимся к отрасли, пострадавшей от последствий коронавирусной инфекции, и у нас есть основания претендовать на меры господдержки в виду субсидий и кредитов на заработную плату под ноль процентов. В пятницу все руководители, в том числе санатория «Череха», написали соответствующие заявления о предоставлении кредитов. По состоянию на понедельник пока положительный отзыв получил лишь санаторий «Хилово». Если 20 мая не будет положительных результатов со стороны банковских структур и органов исполнительной власти, 21 мая начнем опять обращаться в федеральные инстанции. И под совокупным давлением — со стороны наших руководителей, наших профсоюзных активистов, работников тех отраслей, которые нас также поддерживают, я считаю, мы этот вопрос пробьем. И выплаты за простой не по вине работодателя за счет мер государственной поддержки сможем.

Как там наши уголовные дела?

Анрдей Хришкевич: Напомню про вопрос про уголовное дело.

Ульяна Михайлова: По состоянию на сегодня я вижу подтверждение всех тех слов. С которыми я начинала общение в июле прошлого года, когда все это только начиналось. Это — инспирированное по политическим соображениям уголовное преследование профсоюзного лидера. Нам доподлинно известно, что продвинуться в уголовном деле по факту незаконной предпринимательской деятельности (по нашей лаборатории) следствию не удается. Но там и не может быть никаких продвижений, потому что деятельность велась законно и обоснованно. Второе уголовное дело — по моим командировкам, свидетелей которых мы определили списочно и которые подтвердили факт моего присутствия и участия во всех командировках, что также не позволяет следствию по нему продвинуться. Третье уголовное дело, связанное с премиальным начислением, которые были произведены в соответствии с локальными документами организации, я по ним уже выше давала пояснения — это средства, заработанные директорами, это не бюджетные средства и не средства собственника в лице Псковского облсовпрофа и ФНПР. Предоставляя периодически сведения, в том числе в вышестоящую организацию, я продолжаю настаивать, что это прекращение уголовного преследования или формальное предъявление мне обвинений — это вопрос времени. В позиции своей невиновности я уверена на 100 процентов, нинкакие предложения о признании моей вины полностью или частично я не намерена. Искренне рассчитываю, что у нас больше не будут предприниматься попытки манипуляции президиумом, советом, не будет приглашений на дачу свидетельских показаний в период заседаний коллегиальных органов. Для всего профсоюзного актива, для всех, кто поддержал меня в этот сложный период хочу сказать, что сейчас мы находимся в состоянии какого-то вакуума, никаких активных следственных действий не происходит. У нас есть основания полагать, что мы справимся с этой сложной ситуацией, хотя она и может еще продлиться около 12 месяцев.

Андрей Хришкевич: Крайний на сегодня вопрос: «Правда ли, что ремонтные работы в учреждениях Псковского облсовпрофа ЛПУ «Санаторий «Хилово» и ЛПУ «Санаторий «Голубые озера» производят фирмы ООО «Стройрегион» и ООО «Протон», учредителем которых является ваш родной брат?»

Ульяна Михайлова: Не те названия организаций. Мой брат действительно является представителем подрядчика, который осуществляет деятельность, связанную с монтажом электрики в санатории «Хилово». В каких объемах я сказать не могу, но мои оппонентны внутри Псковского облсовпрофа во главе с Ивановым Игорем Олеговичем, уже пописали жалобы по всем этим вопросам во все инстанции. У нас есть даже специально отведенный специалист, который мог бы защищать права трудящихся, а, по сути, занимается взаимодействием с органами контроля и надзора в этой части. Так вот следствие им уже тожепо всем вопросам ответило, не выявив нарушений. Мой брат действительно является учредителем одной из фирм (не тех, что были приведены в вопросе), его деятельность по электрике проверялась и следственными органами, и аудиторами, стоимость работ была признана во многом даже ниже средней рыночной. Качество предоставляемых услуг высоко и мне за него не стыдно, при возобновлении всей деятельности в полном объеме не вижу необходимости от них отказываться.

Андрей Хришкевич: Вопросы закончились, пришло время прощаться

Ульяна Михайлова: Вероятнее всего это наша не последняя беседа о предстоящих событиях. В ближайшую неделю мы ожидаем накал внутри организации, ожидаем в том числе «подкусывания» меня и команды облсовпрофа в государственных СМИ. Это традиция, мы уже к ней привыкли. Но сейчас я хочу поблагодарить Псковский областной совет профсоюзов, и сотрудников, которые удержались от внутренних игрищ за власть, директоров учреждений, наши трудовые коллективы, профактив, который нас поддерживает в этих сложных условиях. Последний год был очень тяжелым, но самое тяжелое — это пережить раскол аппарата Псковского облсовпрофа. Еще тяжелее осознавать, что мы сами вырастили эту группу оппозиционеров, в этих ребят мы вкладывали силы, знания, обеспечивали их хорошей работой, большой зарплатой, а в итоге получили союзников администрации области. Но и это можно пережить. Есть предложение сейчас сосредоточиться на этом завершающем периоде, не забывать, что мы профсоюзники, мы единая команда и поддерживать друг друга, поддерживать нас, чтобы подойти к очередному завершению пятилетнего периода достойно.

 


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

256 просмотров